Форум о магии и непознанном – твой шаг в Зазеркалье!
19 Июнь 2018, 21:55:43 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: Форум о магии и непознанном
 
   Начало   Помощь Поиск Войти Регистрация  
Страниц: 1 [2] 3   Вниз
  Отправить эту тему  |  Печать  
Автор Тема: Геката: пограничные обряды  (Прочитано 19194 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #15: 20 Декабрь 2010, 22:13:26 »

"Ода Гекате", она же "Призывание Гекаты" отрывок из поэмы Кроули "Орфей" в переводе А.Блейз

            ******
О, тьма троякая! О, мрачное величье!
О ты, луна, сокрытая от смертных!
О, грозная охотница! О, демон,
Царящий над утратившими царство!
О, лоск и горечь выхоленной груди!
Сосцы твои кровью полны!
Укрывшись от кроткой весны,
Несу тебе жертвенный дар
Туда, где мерцает кладбищенским светом алтарь.
Вот подношенья: черная собака;
Цветок ночной,
Взращенный в сумерках и сорванный во мраке,
Под тающей луной,
В полночный час, не чающий рассвета;
И черный агнец этот,
Из лона черной матери закланной.
Прими дары, богиня, и внемли,
Как пробуждает песнь из-под земли
Твой жрец избрáнный.

На этом берегу, над Океаном,
Где полоса прилива рассекает
Дорогу тьмы, стекающую в бездну,
Прильну неизреченным поцелуем
К верховной тайне твоего желанья
И пламя во мгле разожгу,
Когда соберутся в кругу
Послушные лире моей
Свирепые стриги и стаи твоих упырей.
Когда меня обступят привиденья
И вкруг пойдет
Под звуки гробового песнопенья
Бесплотный хоровод,
И призраки, робея, лица скроют
Передо мною,
Среди могил унылых и безвестных
Я принесу чудовищный оброк
Тебе, о страх земной, подземный рок
И бич небесный!

Я слышу вой волков твоих! Я слышу
Рычанье псов — твоей зловещей свиты,
С которой ты грядешь из сердца бури;
И мгла растет вокруг тебя быстрее,
Чем облик твой из ночи проступает.
Но, зримые мне одному,
Очи мерцают сквозь тьму
И бледная маска лица,
Не знавшая ласки иной, кроме губ мертвеца.
О, пагуба вселенной! о, богиня!
Один лишь я
Среди живых к тебе взываю ныне!
От забытья,
Что даришь ты, я не очнусь вовеки.
Иди ко мне!
и пусть струятся реки
К твоим ногам: медлительный и сонный,
Да льется ток из отворенных жил
Под взором, что навек заворожил
Мой дух влюбленный!
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
sertunic
Прохожий


Карма: +0/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 1


« Ответ #16: 08 Май 2011, 02:29:46 »

Круто, что еще есть люди, которые слышали о таких авторах как Аполлодор. Мне очень нравится его Мифологическая библиотека - http://www.rekomenda.ru/shop/all/apollodor_mifologicheskaya_biblioteka/ (отзывы, более подробно об авторе и книге). Обычно в античной литературе я нахожу мало интересного для себя, но Аполлодор пишет по истине захватывающе, а-ля Толкин того времени )). Цитата из предисловия: "Видимо, не случайно именно книга Аполлодора была впервые переведена на русский язык еще в 1725 году по личному указанию Петра I и стала одной из первых книг русской гражданской печати." Вот так то!
Записан
Джокер
Behemoth
Магистр
****

Карма: +160/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 1259


JHWH


« Ответ #17: 08 Май 2011, 13:09:02 »

вот так то  Смеющийся Смеющийся      это ты только   ради этой тирады     зарегистрировался?  Смеющийся
Записан

закон    дуракам
и  преданным псам
не писан    от века до века
Labris
Неофит
*

Карма: +3/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 23


« Ответ #18: 20 Октябрь 2011, 22:38:53 »

Вот широко используемый фрагмент из гимна Прокла Диадоха, прославляющий Гекату и Януса. Лаконичнее текста Кроули, но ничуть не менее полезен, да ещё и рифма есть )


***
 

Радуйся, матерь богов многославная, с добрым потомством!
Радуйся, ты, о Геката преддверная, мощная силой!
Радуйся сам Иан прародитель, Зевес негубимый!
Радуйся, вышний Зевес! О, даруйте мне полную блага


Светлую жизни тропу и злые недуги гоните
Прочь от тела, а душу к себе привлеките, очистив
Ум пробуждающим действом от страстных земных искушений!
О, умоляю, подайте мне руку, стезю укажите
Богоизбранную мне, я желаю того! Да узретьNNbloodмне


Свет драгоценный, рождений же черного зла да избегнуть!
О, умоляю, подайте мне руку, повейте мне ветром,
Что в благочестияннгавань доставит страдавшего много.
Радуйся, матерь богов многославная, с добрым потомством!
Радуйся ты, о Геката преддверная, мощная силой!


Радуйся сам Иан прародитель, о Зевс высочайший!


***


Также интересен этот текст, являющийся и молитвой жреца Гекаты, приносящего жертву, и каноном ритуала одновременно:


Зрячий глаза да отверзнет навстречу
Бледному лику Селены холодной,
Что Апполону подобно живущих,
Путь освещает холодным созданьям.
Кто наделен от рожденияннслухом,
Силу познает звучанияннночи!

Ныне явились мы на перепутье
Мертвых дорог. Да услышат нас боги!
Я, жрец Трехликой, встречаю пришедших
И начинаю к богам обращенье:
Как паутину, сплетаю я слово
С нитями силы, живым неподвластной.

Боги Твердыни и Власти основы,
Судьи почивших, властители мертвых!
Есть среди вас наделенная властью
Путь даровать и низринуть в безумье,
Ужасы Бездны у ног ее дремлют,
Равного нет ей в земле и на небе!

Славься, Геката, предвечная матерь!
Ты, что ведешь нас дорогой забытой,
Ты, что кровавую правишь обедню,
Ты, что блуждаешь средь камня надгробий,
Ты, что ввергаешь в панический ужас!
Дар наш прими и возрадуйся с нами!

Радостно нам приносить тебе жертву!
Свежая кровь окропит перекресток,
Место священное, страшное место,
Где безраздельно ты властвуешь, Бомбо!
Тело оставим у края дороги -
Свежее мясо для своры Богини!

Безусловно, это новодел, но вполне работоспособный.
Записан
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #19: 28 Сентябрь 2012, 14:51:23 »

Образы Гекаты

Древнейшее из дошедших до нас изображений Гекаты — небольшая (20 см высотой) терракотовая статуэтка VI века до н.э. Богиня увенчана короной и восседает на троне в той же позе, в какой обычно изображалась Кибела, разделявшая с Гекатой эпитет «Бримо» («гневная», или «грозная»).

По словам греческого географа Павсания, сохранившиеся изображения Гекаты как трехтелой богини представляли собой копии более ранней работы скульптора Алкамена. Поскольку деятельность Алкамена относится ко второй половине V века до н.э., тройственный образ Гекаты, вероятно, возник достаточно рано и прославился именно благодаря этой скульптуре, стоявшей возле храма бескрылой Ники (Победы) и известной под названием «Эпипиргидия» («Хранительница крепости», букв. «Стоящая на башне»):

Из богов эгинеты чтут больше всего Гекату и каждый год совершают таинства в честь Гекаты; они говорят, что эти таинства установил у них фракиец Орфей. Храм Гекаты находится внутри ограды. Деревянное ее изображение, работы Мирона, имеет одно лицо и одно тело. Как мне кажется, впервые Алкамен создал Гекату в виде трех соединенных друг с другом статуй; афиняне называют эту Гекату «Хранительницей крепости» (Эпипиргидия); она стоит у храма «Бескрылой победы» [52] .

Особенно важна отмеченная в этом описании связь мистических обрядов Гекаты и Орфеем и, следовательно, орфическими мистериями. Как уже говорилось в главе об Элевсине, Геката играла в орфических мистериях не последнюю роль, в особенности под именем Бримо, упоминаемым на орфических погребальных табличках как «пароль», который посвященный должен назвать после смерти, у врат подземного мира, дабы оградить себя от опасностей.

Резное изображение трехтелой Гекаты обнаруживается на фризе Пергамского алтаря (II век до н.э.). В этой композиции Геката и Артемида сражаются с гигантами Клитием и Отом. Геката изображена с копьем, факелом и щитом. Она бьется со змееногим гигантом, которого кусает собака, принадлежащая одной из богинь.


Сражение Гекаты с гигантом Клитием. Фрагмент восточного фриза Пергамского алтаря. Мрамор. 180—160 гг. до н. э. Берлин, Государственный музей.

Многие почитатели Гекаты устанавливали у себя перед домом небольшое святилище с тройной статуей этой богини. Такие святилища назывались гекатейонами. Аристофан вкладывает упоминание о них в уста одного из персонажей своей комедии «Осы»:

Недаром слышал я, что все дела суда
Со временем в домах мы будем разбирать,
И каждый гражданин построит у себя
В сенях судилище размеров небольших,
С часовенку Гекаты. В каждом доме суд! [53]


Эта пьеса была написана в 420 году до н.э., из чего следует, что в конце V века до н.э. культ Гекаты был широко распространен в Афинах. Несомненно, что уже в то время тройные статуи Гекаты ассоциировались с перекрестками — распутьями трех дорог.
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #20: 28 Сентябрь 2012, 14:55:46 »


Трехтелая Геката Пропилея (Привратница)

Иными словами, Геката была не только Триморфос («трехтелая», или «имеющая три обличья»), но и Триодитис (владычица «трех дорог», или «перекрестков»). Последний эпитет позже был латинизирован, и Геката Триодитис превратилась в Гекату Тривию (так же, как Геката Триморфос — в Гекату Триформис). В этой роли она представала как зловещая царица мертвых, окруженная свитой призраков и демонов. В римский период она была отождествлена с Дианой, приобретшей тот же эпитет — Диана Тривия. Еще один эпитет Гекаты, Энодия («дорожная»), первоначально был именем слившейся с ней фессалийской богини; впоследствии Геката разделила его с Артемидой, Селеной и Персефоной.

Самые древние из дошедших до нас элевсинских изображений Гекаты также датируются V веком до н.э. В их числе — так называемая «Бегущая дева» (ок. 480 до н.э.), первоначально считавшаяся изображение Артемиды, но затем отождествленная с Гекатой ввиду характерного атрибута этой богини — двух факелов. На вазе середины V века до н.э. Геката с двумя факелами охраняет вход в святилище, выступая в характерной для нее роли Пропилеи («привратницы»).

Путаница между Гекатой и Артемидой возникала и в других случаях. Эти богини во многом схожи между собой: их часто изображали в одинаковых коротких хитонах и в сопровождении псов. Более того, Артемиде также иногда вручали два факела — традиционный атрибут Гекаты. Уверенно отличить Артемиду от Гекаты нередко позволяют лишь атрибуты богини-охотницы — лук и стрела или колчан со стрелами; впрочем, установить личность богини иногда помогают сопутствующие персонажи (например, Гермес чаще изображается с Гекатой, чем с Артемидой).

Что касается более поздних изображений, то у Евсевия Кесарийского (начало IV века н.э.) в «Приготовлении к евангелию» мы находим цитату из Порфирия, в которой якобы со слов самой богини описывается, как должна выглядеть статуя Гекаты:

И о себе же самой так повелела Геката:
«Без промедленья исполни все это; воздвигни мой образ
В белых одеждах; укрась меня щедро дарами Деметры;
Златом сандалий одень мои стопы, а девственный пояс
Длинными змеями так перевей, чтобы, гладко сплетаясь,
Кольцами тело укрыли мое от главы до подножья.
Так изваяй меня, — молвила, — взяв для искусной работы
Камень паросский иль бивень слоновий, блестящий и гладкий».


В трактате «Об изваяниях» (III век н.э.) Порфирий пишет о Гекате как олицетворении трех фаз луны:

Но, с другой стороны, луна — это Геката, которая олицетворяет смену ее фаз и зависимость самой ее силы от фазы. Поэтому сила ее предстает в трех формах: как новорожденная луна она облачена в белые одежды и золотые сандалии и держит горящие факелы; корзина, которую она несет, округляясь и полнея, означает рост злаков, подвластный прибыванию ее света; полная же луна предстает как богиня в медных сандалиях.

Не исключено, что именно к этому упоминанию восходит образ тройственной богини ведьм, который начал приобретать известность с середины XII века. Цитируя Порфирия, Евсевий добавляет еще одну деталь, подкрепляющую эту гипотезу, а именно: с Гекатой ассоциировались три цвета — белый, красный и черный. Те же самые цвета обычно связываются с тройственной богиней ведьм:

Из воска трех цветов — белого, черного и красного — лепят образ Гекаты с плетью, факелом и мечом, обвитый змеей по кругу [54] .

Еще один важный элемент символики Гекаты — ее связь с четырьмя стихиями, на которую указывает писатель VI века н.э. Иоанн Лид в трактате «О месяцах»:

…Откуда они [т.е., халдеи] производят тайное учение о четырех стихиях и четвероглавой Гекате. Ибо голова огнедышащего коня обращена, несомненно, к сфере огня; голова быка, храпящего, как некий буйный дух, обращена к сфере воздуха; голова гидры, существа едкой и неустойчивой природы, обращена к сфере воды; голова же собаки, карающей и мстительной по природе своей, обращена к сфере земли.

Первое упоминание о четырехликой Гекате встречается еще несколькими столетиями раньше, в «Заклинании влечения» из греческих магических папирусов (IV.2559—2560), где говорится:

Бегущая среди звезд, небесная, несущая факел, дышащая огнем, жена четвероликая, четвероименная, четырех дорог госпожа.
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #21: 28 Сентябрь 2012, 14:57:16 »

В «Приготовлении к Евангелию» Евсевий приводит подробные указания Порфирия о том, как изготовить благовоние Гекаты, основой которого служат толченые ящерицы. Судя по описанию, это довольно простая и весьма практичная процедура. Благовоние полагалось смешивать при новорожденной луне; затем им окуривали изображение богини, изготовленное из корня руты, и помещали этот образ в ларец из лаврового дерева.

О том, что они [т.е. боги] сами сообщали, как и из чего делать их изваяния, свидетельствует нижеследующий ответ Гекаты:

…Ныне тебе покажу, как очистить мой образ:
Стана подобье из руты сплети и осыпь его щедро
Ящериц, в доме обычно снующих, толченою плотью,
С миррой, камедью и ладаном в ступе под небом открытым
Смешанной в свете луны обновленной со словом обета.


Затем она сообщает слова обета и указывает, сколько ящериц надобно взять:

Ящериц столько возьми, сколь обличий я розных имею,
Точно и с тщанием это исполнив, устрой мне жилище —
Дом из древесных ветвей мне воздвигни, из дикого лавра.
После молитвы ко мне вознеси перед образом этим,
И не замедлю явиться тебе я в ночном сновиденье.

Образ, подобный этому, она описывает и в другом месте.

Любопытно, что в этой операции использовалась рута: в «Заклинании, потребном, дабы увидеть духа, помогающего принять решение» описывается вавилонская мазь для умащения черепов и статуэток, предназначавшихся для общения с духами умерших, и в состав этой мази также входила рута, истолченная в воде с кедровой древесиной.

Описание этого средства повторяет немецкий маг Корнелий Агриппа в своей «Оккультной философии» (книга 3, 1533 год). Еще несколькими столетиями позже Оливер Мэдокс Хюффер в «Книге ведьм» (1908) отмечает, что интерес к подобным практикам пережил античность и сохранялся по меньшей мере до начала XII века. Вот одна из операций, описанных в книге Хюффера:

Изготовь деревянную статую из корня дикой руты, хорошо отполированного, и умасти ее плотью обычных маленьких ящериц, истолченных в пасту с миррой, стираксом и ладаном. Оставь эту смесь под открытом небом на растущей луне, а затем (по-видимому, в полнолуние) произнеси следующие слова: «Приди, подземная, земная и небесная Бомбо, богиня дорог и перекрестков, врагиня света, блуждающая в ночи, подруга и спутница ночи, та, кому в радость собачий лай и пролитие крови, скиталица среди теней и могил, жаждущая крови и вселяющая ужас в смертных, Горго, Мормо, тысячеликая луна! Удостой наши жертвы благосклонного взора». Затем возьми столько ящериц, сколько у Гекаты различных форм, и не забудь устроить для нее скинию из ветвей, срезанных с дикого лавра. Затем вознеси этому образу пылкие молитвы, и увидишь богиню [56] .

Надо отметить, что в своем описании Хюффер смешивает процесс, воспроизведенный Евсевием со слов Порфирия, с хтоническим призыванием Гекаты, которое приводит Ипполит в «Опровержении всех ересей»:

Подземная, земная и небесная Бомбо, приди, богиня обочин и перекрестков, светоносная, ночестранница, ненавистница света, подруга и спутница ночи, ты, кому в радость собачий лай и алая кровь, ты, блуждающая среди трупов, кровожадная, вселяющая ужас в смертных, Горго, и Мормо, и многоликая Мена [Луна]! Благосклонно прими возлияния наши!

Перевод © Анна Блейз, 2010

[52] Там же. — Примеч. автора.
[53] Павсаний. Описание Эллады. «Коринфская область», XXX, 2, рус. пер. С.П. Кондратьева.
[54] Аристофан, «Осы», рус. пер. В.Н. Ярхо.
[55] Цит. по: Евсевий Кесарийский, «Приготовление к Евангелию».
[56] Hueffer, Oliver Maddox. The Book of Witches, 1908, p. 145. — Примеч. автора.
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #22: 28 Сентябрь 2012, 15:01:21 »

Voces Magicae

Voces Magicae

Латинское выражение voces magicae означает «магические слова». Так назывались бессмысленные, на первый взгляд, слова, встречающиеся во многих заклинаниях из «Греческих магических папирусов» и других текстов.
Некоторые из этих слов, по-видимому, произошли от старых божественных имен, а одной из самых древних и важных групп voces magicae были так называемые «эфесские письмена» [57] . Они представляли собой набор из шести слов: askion, kataskion, lix, tetrax, damnameneus и aision (или aisia). Полной уверенности в том, что эфесские письмена были связаны с Гекатой, у нас нет, хотя свидетельства в пользу этого имеются. Впервые, насколько нам известно, они упоминаются в микенской надписи V века до н.э.:

Эфесская кара ниспослана. Вначале Геката причиняет всевозможный ущерб владениям Мегары, а затем Персефона доносит о том богам. Все это уже так [58] .

Немаловажно и то, что первые два из эфесских письмен включены в заклинание Гекаты из «Греческих магических папирусов» (PGM LXX.12) как часть более длинной последовательности voces magicae:

Askei Kataskei Eron Oreon Ior Mega Samnyer Baui Ohobantia Semne.

Третье и четвертое слова, Lix Tetrax, встречаются в иудейском протогримуаре II века н.э. — «Завещании Соломона» — как имя одного из демонов, которыми повелевал этот царь. Любопытно, что ангел, которому подчинялся этот демон, носит имя Азаэль, — в «Книге Еноха» он фигурирует как один из падших ангелов.
Пятое слово, damnameneus, использовано в «Заклинании медведя», в котором также упоминается Геката под именем «Бримо» (PGM VII.686—702). В дошедших до нас фрагментах раннего защитного заклинания на свинцовой табличке из Фаласарны (Крит) эфесские письмена соседствуют с выражениями, в которых Геката описывается как «Волчица». Еще одно свидетельство связи Гекаты с voces magicae в целом предоставляет египетская свинцовая табличка II или III вв. н.э., среди фрагментов надписи на которой сохранился следующий:

…факелы для Гекаты Энодии; богиня, грозным голосом возглашающая на чужеземном языке, ведет к богу [59] .

Об эфесских письменах упоминает греческий поэт Анаксилай (IV век до н.э.): 64] ;
• палиндромы (например, ablanaqanalba);
• символы (иногда именуемые также carakterej — «печати, знаки»);
• voces mysticae — слова, совершенно не поддающиеся опознанию;
• серии гласных — длинные последовательности гласных букв, иногда оформленные как геометрические фигуры.

Ввиду того, что Геката ассоциировалась с колдовством, очередное свидетельство в пользу ее связи с voces magicae находится в трагедии Еврипида «Ифигения в Тавриде». Готовясь принести Ореста и Пилада в жертву, Ифигения

…завопила.
Нам варварский послышался напев,
И будто их [пленников], колдуя, омывает… [65]

Примечательно, что Ифигения связывается с Гекатой в «Каталоге женщин» (VIII—VI вв. до н.э.); в целом это произведение приписывается Гесиоду, автору «Теогонии», но авторство и датировка интересующего нас фрагмента остаются спорными. Речь идет о 71-м фрагменте, на который ссылается Павсаний:

…Гесиод в своих поэмах в «Каталоге женщин» говорит, что Ифигения не умерла, но по воле Артемиды стала Гекатой [66] .

Ямвлих, теург III века н.э., отвечая философу-неоплатонику Порфирию, совершенно ясно высказывает свое мнение по поводу voces magicae:

Но почему же среди божественных знаков мы предпочитаем чужеземные родным для каждого человека? <…> необходимо пожертвовать своим родным языком ради родственного богам. Кроме того, поскольку их способ произнесения слов является самым древним, и в особенности вследствие того, что люди, познавшие первыми имена богов, передали их нам в сочетании с собственным языком как свойственным и подходящим для этих имен, мы сохраняем до сих пор неизменным божественный обычай их произнесения [67] .

Итак, voces magicae использовали на протяжении многих веков и обращаются к ним даже по сей день, продолжая традицию, согласно которой разум надлежит ошеломить странными звуками, дабы подготовить его к преображению в ходе магического обряда.

Перевод © Анна Блейз, 2010

[57] «Эфесские письмена» (эфесские буквы, или знаки, — Efesia grammata), по преданию, были вырезаны на подножии, поясе или венце статуи Артемиды Эфесской; утверждалось, что в приведенном далее порядке они означают: «тьма», «свет», «земля», «год», «солнце», «истинный глас». — Примеч. перев.
[58] Надпись на камне, Микены, конец V в. до н.э. — Примеч. авт.
[59] Supplementum Magicum 49, свинцовая табличка ок. II—III вв. н.э. — Примеч. авт.
[60] Фрагмент из несохранившейся поэмы «Изготовитель лир». — Примеч. авт.
[61] Евстафий Солунский (ок. 1110 — 1198) — архиепископ фессалоникийский, ученый, знаток античности, автор комментария к Гомеру. Фотий I (ок. 820 — 891) — византийский богослов, патриарх Константинопольский, автор знаменитой «Библиотеки» («Мириобиблион»), содержащей пересказы и выдержки из многих античных текстов. «Суда» — византийский энциклопедический словарь X века. Менандр (342—291 до н.э.) — греческий комедиограф. — Примеч. перев.
[62] Плутарх, «Моралии», 706e, начало II века н.э. — Примеч. авт.
[63] Климент Александрийский, «Строматы», V, VIII.45.2—3, рус. пер. Е.В. Афонасина. — Примеч. перев.
[64] «Тайные (таинственные) слова» (лат.), см. ниже. — Примеч. перев.
[65] Еврипид, «Ифигения в Тавриде», 1336—1338, рус. пер. И. Анненского. — Примеч. перев.
[66] Павсаний, «Описание Эллады», «Аттика», XLIII.1, рус пер. С.П. Кондратьева. — Примеч. перев.
[67] Ямвлих, «О египетских мистериях», VII.4, рус. пер. Л.Ю. Лукомского. — Примеч. перев.
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #23: 28 Сентябрь 2012, 19:32:36 »


Любовные чары

Когда человек прибегает к любовной магии, есть вероятность, что мотивы его не вполне благородны и чисты. Но, так или иначе, любовная магия существует уже тысячи лет и едва ли исчезнет в обозримом будущем. В Древней Греции к ней обращались с различными целями: чтобы привязать к себе или наказать неверного возлюбленного, чтобы разорвать любовные отношения между другими людьми и отнять чужого партнера, чтобы сделать себя неотразимо привлекательным для представителей другого (или своего же) пола… Так, в следующем тексте пожилой мужчина просит Гекату Куротрофу сделать так, чтобы на него обратила внимание некая молодая женщина:

Внемли моей мольбе, о Куротрофа! Сделай так, чтобы эта женщина отвергала любовь и ложе юношей и находила отраду лишь в убеленных сединами старцах, в тех, чья сила ослабла, но желание по-прежнему горячо [68]

Фараоун, автор книги «Древнегреческая любовная магия» (1999) предполагает, что подземные божества, такие как Гермес и Геката с ее свитой из демонов и призраков, стали играть господствующую роль в любовной магии приблизительно в I веке до н.э. Прежде в любовных заклинаниях фигурировали в основном Афродита и божества из ее свиты, а также Луна-Селена и Солнце-Гелиос. По поводу установившейся позднее связи Гекаты с любовной магией такого рода Фараоун отмечает:

Именно эта, последняя ее ипостась, связанная с ночными кладбищенскими обрядами, сохраняется в позднеантичный период и представляет собой условную историческую основу той популярной карикатуры, которую мы встречаем в римской поэзии: уродливые ведьмы, которые выкапывают трупы из земли голыми руками и распевают зловещие варварские заклинания [69]

Однако здесь упущено из виду то обстоятельство, что самая обширная группа заклинаний из «Греческих магических папирусов», в которых упоминается Геката, относится к категории любовной магии. Несмотря на то, что «Греческие магические папирусы» относятся к несколько более позднему периоду (со II по V вв. н.э.), Геката в них предстает не как кладбищенская ведьма, а как трехликая богиня или богиня с головой животного, нередко отождествляемая с другими божествами, такими как Селена, Артемида и Персефона.

Изучая содержание заклинаний, мы находим в них несколько устойчивых тем, связанных с обрядами Гекаты. Так, в одном любовном заговоре (для пробуждения влечения к оператору) используется помощь духов людей, погибших насильственной смертью, которые призываются при помощи кладбищенской земли; в другом надлежит воскурять благовоние в глиняном кадиле; в третьем применяется целый ряд магических приемов и орудий, включая магическое кольцо и фигурку собаки с глазами, взятыми от живой летучей мыши.

В «Чарах, призванных пробудить любовное влечение к оператору (при помощи духов героев, гладиаторов или иных людей, погибших насильственной смертью)» (PGM IV.1390—1495) предписывалось взять хлеб, от которого уже съели какую-то часть, разделить его на семь малых частей, принести на место, где совершилось убийство, и бросить на землю, читая заклинание. Затем следовало забрать этот хлеб вместе с землей с места убийства и бросить их в доме желанной женщины.

В заклинании призывались на помощь хтонические силы: Геката, Гермес и Кора, римский Плутон, египетский Анубис и духи безвременно умерших, которые будут мучить названную женщину до тех пор, пока она не покорится заклинателю. Эта операция повторялась три дня подряд; в случае неудачи следовало прочесть другое заклинание над навозом черной коровы, уложенным на пепел от сожженного льняного полотна, и снова бросить в доме женщины землю с места убийства.

«Любовные чары, пробуждающие влечение к оператору» (PGM IV.2708—2784) основаны на воскурении благовоний. Они описываются как обращение к Селене, хотя из текста явствует, что в центре операции стоит Геката. В 13-й или 14-й день месяца (т.е. в полнолуние) следовало возжечь на крыше высокого дома (т.е. поближе к небу) в глиняном кадиле эфиопский кумин и жир пятнистой девственной козы.

Для другого любовного заклинания требовалось бронзовое стило — инструмент, часто употреблявшийся для гравировки на керамике и свинце и изготовленный из священного металла Гекаты. В этом заклинании использовались не только voces magicae, но и еврейские и гностические божественные имена. Упомянутое в конце текста имя «Синкутуэль» — вероятно, ангельское имя, насколько можно судить по суффиксу «-эль». Обратим внимание, что здесь призывается трехликая Геката, держащая двух змей в правой руке (PGM XXXVI.187—201).

«Любовные чары для пробуждения влечения наяву» (PGM IV.2943—2966) у современного читателя могут вызвать отвращение, но в древности отнюдь не воспринимались как нечто из ряда вон выходящее. Для этой операции следовало извлечь глаза живой летучей мыши и вставить их в фигурку собаки, изготовленную из сырого текста или нетопленого воска. К фигурке прикрепляли полоску папируса с текстом заклинания, скрепленную кольцом с изображением крокодильих голов (символизировавших египетского бога-крокодила Себека). Все это помещали в новый сосуд для питья и оставляли на перекрестке. В тексте этого заклинания Геката отождествляется с Корой (Персефоной).
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #24: 28 Сентябрь 2012, 19:34:48 »

Но самое замечательное описание связывающих любовных чар, применявшихся в Древней Греции, мы находим в «Идиллиях» греческого поэта Феокрита (ок. 270 до н.э.). Брошенная женщина, оказавшаяся опытной колдуньей, творит волшебство против предавшего ее глупца, перечисляя при этом множество магических приемов, бытовавших в ее время. Заметим, что Геката в этом тексте соседствует с Селеной: следовательно, ассоциация между двумя этими божествами установилась уже в III веке до н.э. Опуская строки, в которых описываются чувства отвергнутой женщины, мы приведем лишь описание магических практик:

(1) Где же это лавр у меня? Фестилида! А где ж мои зелья?
Кубок теперь обмотай поплотнее ты шерстью пурпурной.
Так связать я б хотела жестокого милого друга. <…>
(10) Нынче ж заклятьем свяжу я и жертвами; ты же, Селена
Ярче сияй! И к тебе обращаюсь я, дух молчаливый,
К мрачной Гекате глубин, лишь заслышавши поступь которой,
В черной крови меж могил, трепеща завывают собаки,
Страшной Гекате привет! До конца будь мне верной подмогой,
Зелья мне дай ядовитей отравленных Кирки напитков,
Зелий Медеи страшней, Перимеды отрав златовласой.
Вновь привлеки, вертишейка, под кров мой ты милого друга!
Раньше всего пусть ячмень загорится! Да сыпь же скорее!
Что ж, Фестилида? <…>
(20) <…>
Сыпь же скорее и молви: «Я Дельфиса косточки сыплю».
Вновь привлеки, вертишейка, под кров мой ты милого друга.
Дельфис меня оскорбил — и за Дельфиса лавр я сжигаю.
Так же, как ветка в огне, разгораяся с треском вначале,
Вспыхнет внезапно потом, не оставив ни пепла, ни дыма,
Так же пусть в пламени в прах рассыпается Дельфиса тело.
Вновь привлеки, вертишейка, под кров мой ты милого друга!
Следом пшеничные отруби брошу в огонь. Артемида,
Ты даже сталь под землею, в Аиде приводишь в движенье,
(30) Всё пробуждая <…>
Воют за городом псы: на охоту выходит богиня.
Эй, Фестилида, не мешкай! В гонг ударяй поживее!
Вновь привлеки, вертишейка, под кров мой ты милого друга!
Так же, как воск этот тает в огне по веленью Гекаты,
Тотчас растает от жара любовного Дельфис из Минда
И закружится под дверью моей по веленью Киприды,
Так же как бубен в руках моих кружится неутомимо.
Вновь привлеки, вертишейка, под кров мой ты милого друга!
Трижды свершаю тебе возлиянье, богиня, и трижды
Я повторяю: «Коль ныне с женою другою иль с мужем
Делит он ложе, пускай позабудет их, как Ариадну
Пышноволосую бросил Тесей на острове Дия!»
Вновь привлеки, вертишейка, под кров мой ты милого друга!
Как жеребцы и кобылы, вкусив ядовитый копытень,
Мчатся, беснуясь, в холмы, так и Дельфис мой резво
К двери примчится моей, обезумев от масла палестры.
Вновь привлеки, вертишейка, под кров мой ты милого друга!
Этот лоскут от плаща его рву я на мелкие клочья,
В жадное пламя ввергая <…>
Вновь привлеки, вертишейка, под кров мой ты милого друга!
(58) Я разотру саламандру, и завтра же выпьет он зелье.
Травы теперь, Фестилида, возьми. К его двери порогу
Сверху прижавши, дави, но смотри — пока ночь не минула.
Плюнувши после, ты молви: «Давлю я здесь Дельфиса кости».
Вновь привлеки, вертишейка, под кров мой ты милого друга!
<…>
(159) Нынче связать волшебством попытаюсь, но, Мойрой клянусь я,
Будут опять оскорбления — стучать ему в двери Аида!
В этом вот ларчике здесь сохраняются страшные зелья.
Мне ассириец, пришелец, поведал, что делают с ними.
Ныне прощай же, царица, коней поверни к Океану!
Я же — опять понесу, как несла мое горе доныне.
Светлой Селене привет! И привет вам, о светлые звезды.
Вслед за небес колесницей плывите вы, спутники ночи [70] .

Через двести с лишним лет Вергилий использовал описанное Феокритом заклятие в своей восьмой эклоге:

Воду сперва принеси, алтарь опоясай тесемкой,
Сочных вербен возожги, воскури благовоннейший ладан!
Справлю обряд колдовской, помутить попытаюсь волшбою
Здравый любовника ум: все есть, не хватает заклятий.
Дафниса вы приведите домой, приведите, заклятья!

С неба на землю луну низвести заклятия могут;
Ими Цирцея в свиней обратила друзей Одиссея,
Змей холодных волшба разрывает надвое в поле;
Дафниса вы приведите домой, приведите, заклятья!
Изображенье твое обвожу я, во-первых, тройною
Нитью трех разных цветов; потом, обведя, троекратно
Вкруг алтаря обношу: угодно нечетное богу.
Дафниса вы приведите домой, приведите, заклятья!
Свяжешь трижды узлом три цвета, Амариллида;
Свяжешь и тут же скажи: плету я тенета Венеры.
Дафниса вы приведите домой, приведите, заклятья!

Глина ссыхается, воск размягчается, тем же согреты
Жаром — от страсти моей да будет с Дафнисом то же.
Малость посыпав муки, затепли лавры сухие.
Дафнис сжигает меня, я Дафниса в лавре сжигаю.
Дафниса вы приведите домой, приведите, заклятья!

Дафнисом пусть любовная страсть овладеет, какая
Телку томит, — и она по лесам и чащобам дремучим
Ищет быка, у реки под зеленой ложится ольхою,
В муках своих позабыв от сгустившейся ночи укрыться.
Дафнис такой пусть любовью горит, — врачевать я не стану.
Дафниса вы приведите домой, приведите, заклятья!

Эти одежды свои мне оставил когда-то изменник
Верным залогом любви, — тебе их, Земля, возвращаю
Здесь, на пороге моем. За Дафниса будут залогом:
Дафниса вы приведите домой, приведите, заклятья!

Трав вот этих набор и на Понте найденные яды
Мерис мне передал сам — их много родится на Понте.
Видела я, и не раз, как в волка от них превращался
Мерис и в лес уходил; нередко души умерших
Он из могил вызывал и сводил урожаи к соседу.
Дафниса вы приведите домой, приведите, заклятья!

Амариллида, за дверь ты вынеси пепел, к потоку,
Там через голову брось, но назад не смотри. Присушу я
Дафниса так, — хоть ему ни заклятья, ни боги не страшны!
Дафниса вы приведите домой, приведите, заклятья!

На алтаре — посмотри! — взметнувшимся пламенем пепел
Вспыхнул сам по себе, пока медлю. Ко благу да будет!
Что это? И не пойму… Залаял Гилак у порога…
Верить ли? Иль создает себе сам сновиденья, кто любит?
Полно! Заклятьям конец! Домой возвращается Дафнис [71]

Сохранив общую последовательность магических действий и стиль описания, Вергилий изъял обращения к Гекате и дал объекту операции другое имя (Дафнис вместо Дельфиса). Кроме того, желая подчеркнуть зловещий характер магии, он упомянул вместо копытня некую волшебную траву, превращающую людей в волков.

Перевод © Анна Блейз, 2010

[68] Herodotus. Life of Homer. Trans. Faraone. — Примеч. автора.
[69] Faraone, Ancient Greek Love Magic, 1999. — Примеч. автора.
[70] Феокрит, «Идиллии», II; строки 1—27, 58—62, 159—166 — в рус. пер. М.Е. Грабарь-Пассек. — Примеч. перев.
[71] Вергилий, «Буколики», эклога VIII, рус. пер. С. Шервинского. — Примеч. перев.
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #25: 30 Сентябрь 2012, 00:26:41 »

Заклинания - дефиксионы

Связывающие заклинания, известные под названием «дефиксионы», использовались с V века до н.э. и по меньшей мере до IV века н.э. или даже позднее. Этот термин происходит от латинского слова «defigo», означающего «закреплять», «прикреплять», «прибивать гвоздями» и т.п. В дефиксионах призывают на помощь только хтонических божеств, таких как Геката, Гермес, Гея, Персефона и Аид.

Обычно дефиксионы записывали на свинцовой пластинке, складывали и протыкали одним или несколькими бронзовыми или железными гвоздями. Затем их, как правило, помещали в могилу человека, умершего внезапной смертью, или оставляли в святилищах хтонических богов, а в более поздний период бросали в источники, ручьи и другие водоемы. Связь Гекаты с безвременно умершими (которые, согласно поверьям, нередко оставались привязанными к земному миру и превращались в привидения), а также с бронзой, считавшейся ее священным металлом, подчеркивает важную роль, которую она играла в магии дефиксионов.

В ассоциации между дефиксионами и телами умерших нашла продолжение египетская практика «писем умершим», существовавшая уже в 3100 году до н.э. Тематически эти «письма» во многом схожи с дефиксионами; и те, и другие нередко касаются любовных или юридических вопросов. Древние египтяне верили, что мертвые превосходят живых в магической силе и что живые могут призвать их на помощь. Самыми полезными помощниками считались те, кто умер в молодости или насильственной смертью, и эти представления в полной мере сохранились в греческой магии.

В «Греческих магических папирусах» приводятся подробные указания по созданию дефиксионов. Это довольно поздние тексты, записанные только в III—IV веках н.э., но принципы данной разновидности магии изложены в них очень четко (PGM V.304—337). Судя по всему, описанные здесь техники сохранялись в неизменности на протяжении нескольких веков, не считая того, что предпочтительной основой для записи проклятий со временем стали свинцовые пластины.

Правила изготовления и использования дефиксионов достаточно просты, и в этом может заключаться одна из причин популярности данного метода. Основой служил листочек металла или кусок папируса. Если использовали свинцовую пластинку, то текст записывали на ней стилом, обычно бронзовым. Затем пластинку складывали пополам и протыкали насквозь бронзовым или железным гвоздем.

Если за основу брали папирус, то на него клали железное кольцо и обводили мирровыми чернилами внутри и снаружи, чтобы получить две концентрические окружности. Затем между этими окружностями вписывали слова и, при необходимости, магические знаки, после чего кольцо снова на то же место, оборачивали папирусом и в центр его вонзали писчее перо или гвоздь, протыкая папирус насквозь.

Готовый дефиксион либо зарывали в могилу человека, умершего безвременной смертью (так сказать, беспокойного покойника), либо бросали в воду — источник, озеро и т.п. И в том, и другом случае считалось, что дефиксион переходит в царство мертвых, в подземный мир, где хтонические божества, такие как Геката или подвластные ей духи и демоны, могут выполнить изложенную в тексте просьбу.

Дефиксионы можно разделить на четыре категории: собственно, связывающие заклинания, молитвы, пожелания и формулы, основанные на аналогии. Нас интересуют только последние, потому что именно они связаны с Гекатой. Такие тексты обращены к богам или демонам с просьбами наподобие «свяжи такого-то!» Как уже отмечалось, основными божествами, к которым взывали создатели дефиксионов, были Геката, Гермес, Гея, Персефона и Аид.

Сами проклятия, встречающиеся в текстах дефиксионов, можно подразделить на пять групп: 1) «связывание» соперника, с которым автор проклятия конкурировал на спортивной арене или на театральных подмостках; 2) «связывание» колесничих или гладиаторов (со II века н.э.), 3) соперников в любви, 4) объектов любви и 5) противников в суде. Последняя категория была одной из самых популярных, и многие заклинания этой группы обращены именно к Гекате. «Связывали» не только непосредственного противника, но и всех его защитников и свидетелей, выступавших на его стороне. Нередко в таких дефиксионах (как, например, в дорическом конца V — начала IV вв. до н.э.) взывали к божественной паре: Гекате Хтонии и Гермесу Хтонию.

В отдельных редких случаях к Гекате обращались описательно, не называя ее имени. Так, аттический любовный дефиксион IV века до н.э., найденный в захоронении, начинается со слов: «Я связываю Феодору перед лицом той, что идет рука об руку с Персефоной, и перед лицом тех, кто не сочетался браком». Здесь Геката предстает в своей ипостаси Прополы — спутницы Персефоны в ее путешествиях в подземный мир и обратно.

Иногда единственным мотивом для изготовления дефиксиона становилась зависть к богатству или высокому общественному положению объекта колдовства. Один из примеров — пластинка, найденная в аттическом захоронении III века до н.э. Она интересна тем, что в ней использована формула, встречающаяся еще в «Теогонии» Гесиода и в восьмой песни «Илиады», — формула связывания жертвы в «сумрачном Тартаре»:

Я свяжу Сосиклею и все ее имущество, и великую славу, и удачу, и ум. Да станет она ненавистна друзьям. Я свяжу ее узами мук в сумрачном Тартаре с помощью Гекаты Хтонии.
Нестандартный дефиксион I века н.э. был найден в источнике на афинской Агоре. Необычен он, в частности, своим тоном: заказчик или создатель дефиксиона делает исключения из проклятия для невольных помощников того, против кого оно направлено. Уникально также сопутствующее тексту изображение, которое археологи первоначально описали как «летучую мышь с распростертыми крыльями». Впоследствии, однако, этот образ отождествили с шестирукой Гекатой — и действительно, на изображении отчетливо видны три головы и факелы в верхней паре рук, а нижняя пара напоминает змей. Колесо и восьмилучевый символ, присутствующие на этом дефиксионе, обнаруживаются также на бронзовом амулете тройственной Гекаты, найденном в Остии (Италия), на обороте которого изображен царь Соломон, вызывающий демонов.

В этом пространном афинском дефиксионе Геката фигурирует под многими эпитетами: Хтония, Триодита, трехликая, единоликая, небесная. К ней обращаются с просьбой выкосить их (т.е. преступников), как траву, своим бронзовым серпом. В еще более позднем, александрийском дефиксионе, датируемом III веком н.э., Геката снова выступает в связи с другими хтоническими божествами — Гермесом, Плутоном и Корой (отождествленной здесь с вавилонской Эрешкигаль). Этот дефиксион сохранился не полностью, но, по всей видимости, представлял собой связывающее заклинание, обращенное неким мужчиной к своему любовнику. Главное место в заклинании отводится Гекате; кроме того, в этом тексте содержится много voces magicae. Так, в одном из разделов говорится:

Призываю тебя, госпожа надо всеми людьми, всеужасная, восстающая из-под земли, ты, собирающая члены Мелиуха и самого Мелиуха [72] , Эрешкигаль Neboutosoualeth Erebenne Arkuia Nekui Геката, истинная Геката, приди и исполни для меня это деяние!
Дефиксион из Малой Азии снова связывает Гекату в ипостаси Баубо с другими божествами, прежде всего — Артемидой и Эрешкигаль. Он любопытен тем, что в нем также упоминаются ангелы:

Орфо (Артемида), Баубо (Геката), <…> Эрешкигаль, <…> все державные боги и ангелы, свяжите своими чарами всех, о ком написано здесь.
Подобия дефиксионов — проклятия и связывающие заклинания на свинцовых пластинах — не утратили популярности вплоть до эпохи Возрождения и даже позднее. Так, известны относящиеся к XVII веку заклинания на свинцовых листках, обращенные к демонам и призванные заставить вора вернуть украденное.


[72] Имя «Мелиух» (Meliouchos) упоминается во многих греческих магических папирусах. Возможно, это одно из имен египетского бога Осириса.. — Примеч. перев.
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #26: 30 Сентябрь 2012, 00:33:30 »

Броня Гекаты

В «Халдейских оракулах» содержатся ценные практические указания по методике ритуальной подготовки теурга. Практика сводилась к тому, чтобы перед началом магической операции визуализировать себя облаченным в броню света. Впоследствии молитву об облачении доспехами света переняла христианская церковь — для борьбы за превосходство над противостоявшими ей так называемыми силами тьмы. Вот что советовали теургу:

Мощной броней облачась громозвучного Света, тройною
силою душу и ум укрепивши и разум упрочив
множеством символов, да не ступает на огненный путь он
неосторожной стопою, но лишь преисполнясь вниманья.
Во всеоружье и полной броне он подобен Богине [73], —

где под Богиней подразумевается именно Геката.

Более ранний и более материальный образчик магической брони упоминается в мифе о Золотом руне. Медея изготавливает волшебную мазь для Ясона, которой тот смазывает свои доспехи и кожу и становится неуязвимым. Символически это можно рассматривать как свидетельство того, что временную неуязвимость Ясон обретает по милости Гекаты; но вскоре он лишается этого дара, оказавшегося столь же непостоянным, как и сердце этого ветреного героя.

Параллель этим представлениям мы находим в каббалистической практике укрепления тонкого тела посредством молитвенной визуализации еврейских букв на различных частях тела физического. Когда именно возникла эта методика и испытала ли она влияние греческих практик (или наоборот), сказать невозможно, хотя следует отметить, что в каббалистическом трактате II века н.э., «Сефер Йецира» («Книга Формирования») все буквы еврейского алфавита соотнесены с определенными частями тела.

[73] «Халдейские оракулы», §§170—171. — Примеч. перев.
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #27: 30 Сентябрь 2012, 00:39:29 »

Фрагменты посвятительных мистерий

В одном из «Греческих магических папирусов» III или IV века н.э. содержится любопытное указание, возможно, намекающее на посвятительный ритуал, связанный с Гекатой. Подземная обстановка вполне уместна для такого рода церемоний, как свидетельствуют другие посвятительные мистерии, например, Элевсинские:

Askei Kataskei Eron Oreon Ior Mega Samnyer Baui (3 раза) Phobantia Semne, я прошел посвящение, я спускался в [подземные] палаты дактилей и созерцал там, внизу, прочие вещи — деву, собаку и все остальное. <…> и если тебя ведут на смерть, произнеси это, разбрасывая семена кунжута, и тем спасешься [74].
Сочетание первых двух слов (Askei Kataskei), представляющих собой эфесские письмена, с упоминанием о «прочих вещах там, внизу, — деве, собаке…» явственно указывают на причастность Гекаты к этому посвятительному процессу. Скорее всего, дева — это и есть Геката, которую сопровождает черная собака.

Упоминание о кунжутных семенах тоже немаловажно, поскольку они входили в состав kalaqoi, подношений в Элевсинских мистериях.

Дактили считались сыновьями богини Реи, волшебниками и изобретателями кузнечного дела. Они охраняли младенца-Зевса, которого мать спрятала в пещере от его отца, Кроноса. Чтобы заглушить плач ребенка, дактили поднимали громкий шум и играли на музыкальных инструментах.

На острове Самофракия посвятительные обряды проводились в пещерах, как свидетельствует на основании неизвестных первоисточников «Суда», византийская энциклопедия X века:

На Самофракии совершались обряды посвящения, даровавшие, как считалось, колдовскую защиту от неких опасностей. Там же проводились мистерии корибантов и Гекаты, и там же находилась зеринфская пещера [75], где ей приносили в жертву собак [76].
Об этих ли обрядах идет речь в отрывке из «Греческих магических папирусов» или о каких-то других, с уверенностью сказать нельзя. Но древнегреческий поэт Нонний в своей поэме «Деяния Диониса» тоже упоминает о самофракийских мистериях Гекаты:

Алкон сжимает во дланях огненный светоч смолистый, Принадлежность шествий Гекаты в краю его отчем [т.е. в Самофракии] [77].
Мистериальный культ Гекаты существовал и на острове Эгина. Павсаний пишет:

Из богов эгинеты чтут больше всего Гекату и каждый год совершают таинства в честь Гекаты; они говорят, что эти таинства установил у них фракиец Орфей. Храм Гекаты находится внутри ограды. Деревянное ее изображение, работы Мирона, имеет одно лицо и одно тело [78].
Мирон, знаменитый афинский скульптор, работавший в основном в бронзе (приблизительно с 480 по 440 гг. до н.э.), создал упомянутое Павсанием храмовое изображение Гекаты в тот же период, когда Алкамен изваял первую известную статую Гекаты трехтелой. Упоминание об Орфее также интересно, поскольку в орфических мистериях использовался гомеров гимн «К Деметре», а Геката играет в мифе об этой богине важную роль. Кроме того, орфики были вегетарианцами и верили в переселение душ. Однако о том, входили ли подобные темы орфических мистерий в эгинские таинства Гекаты, можно только гадать.

Именно об эгинских мистериях Гекаты, в которые был посвящен ее муж, писала в IV веке н.э. римская жрица Паулина :

Ты как служитель Гекаты наставляешь меня в тройственной тайне [79].
Это замечание остается загадочным, но выражение «тройственная тайна» определенно намекает на Гекату Триформис и напоминает о том, как часто в обрядах этой богини используется число три.

[74] PGM LXX.4—25. — Примеч. автора.
[75] Зеринфская пещера, где, по преданию, обитала Геката, в действительности находилась не на острове Самофракия в Эгейском море, а во фракийском городе Зеринф, на северо-востоке Балканского полустрова. — Примеч. перев.
[76] «Суда», Alpha 1164. — Примеч. автора.
[77] Нонн, «Деяния Диониса», XXIX.204—205, рус. пер. Ю.А Голубца.— Примеч. перев.
[78] Павсаний, «Описание Эллады», «Коринфская область», XXX, 2, рус. пер. С.П. Кондратьева. — Примеч. перев.
[79] Надпись Паулины на надгробии ее покойного мужа, Веттия Агория Претекстата (384 н.э.). — Примеч. автора.
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #28: 30 Сентябрь 2012, 00:54:12 »

Травы и яды

Геката часто ассоциируется с растениями, так или иначе связанными со смертью, — ядовитыми травами и растениями, символически использовавшимися в погребальных обрядах. Ее служительницы, Медея и Цирцея, были особенно сведущи в фармакее — магии трав, зелий и ядов. Но, несмотря на длинные перечни, встречающиеся во многих книгах по современному язычеству, исторических древнегреческих или римских свидетельств о связях Гекаты с какими-либо конкретными растениями, кроме перечисленных ниже, практически не сохранилось. По-видимому, современные авторы просто ставят этой богине в соответствие все растения, ассоциирующиеся со смертью или обладающие психоактивными свойствами. Мы не хотим сказать, что они заблуждаются, но лишь уточняем, что в большинстве своем эти соответствия введены в новейшее время, а в древности, судя по всему, не использовались.

Травы и деревья, произраставшие в саду Гекаты, перечисляются в «Орфической Аргонавтике». Мы рассмотрим подробно лишь те из них, ссылки на которые в связи с Гекатой имеются и в других источниках, — поскольку упоминания об остальных могут оказаться всего лишь поэтической вольностью:

Там, за стеной недоступной, в глубоком и темном укрытье,
Роща густая была; в тени деревьев высоких
Лавры росли там, кизил созревал, и широкой листвою
Их осеняли платаны; трава меж корнями стелилась,
Рос асфодел, завивались душистые «женские кудри»,
Мята росла, и камыш, и чабрец, и цветы анемонов,
С ними божественный цвел кикламен, распускалась лаванда,
Ирис и дикий пион, — и раскинула пышные листья,
Их осенив, мандрагора и стебли сплелися диктамна.
Свой аромат источал кардамон и шафран; но взрастали
Там и другие растенья: вьюнка колючая заросль,
Черные маки, волчец, аконит, ядовитые клубни,
Множество гибельных злаков, землей порождаемых в недрах.
И, возвышаясь над чащей, раскинулся дуб необъятный,
Мощные сучья свои вздымая над рощей густою,
Нес он на ветви высокой руно золотое; сверкая,
Свесилось с дуба оно; и руна хранителем грозным
Змей был ужасный, для смертных людей несказанное диво [80].


Аконит

Одно из самых известных растений, связанных с Гекатой, — аконит (борец, или волчий корень). Диодор Сицилийский пишет, что именно Геката открыла свойства этой травы и испытывала ее на незнакомцах, чтобы установить дозировку [81] (называя Гекату матерью Цирцеи и Медеи, он, тем не менее, приписывает ей смертное происхождение). Считалось, что аконит возник из капель слюны, упавших на землю из пастей Кербера, трехголового пса преисподней, когда полубог Геракл вывел того из Аида.

Черное дерево

Из черного дерева вырезаны трехстворчатые ворота, ведущие в сад Гекаты. Черное дерево особо ассоциировалось с подземным миром и Гермесом Хтонием. В этом качестве оно упоминается в греческих магических папирусах: «Знаю я и дерево твое: это черное дерево» (PGM VIII.13).

Чеснок

Чеснок был одним из блюд, которые подносили Гекате на дейпнон (вечерю Гекаты). Еще в Древнем Египте он почитался как растение-апотропей, защищающее от неупокоенных мертвецов. О связи чеснока с перекрестками дорог упоминает древнегреческий натуралист Теофраст в своем трактате «Характеры», говоря о человеке, подверженном суевериям:

Если заметит человека из тех, что стоят на перекрестке, увенчанного венком из чеснока, то возвращается домой и, омывшись с ног до головы, велит затем позвать жриц, чтобы получить очищение морским луком или щенком [82].

Мандрагора

Упоминание о мандрагоре в числе растений, произрастающих в саду Гекаты, не удивительно. Упоминая в трактате «Причины растений» (IV век до н.э.) о современных ему некромантических практиках и хтонических обрядах, Теофраст пишет, что перед тем, как сорвать мандрагору, вокруг нее очерчивали железным мечом три окружности. Первым, кто сообщил, что для извлечения корня мандрагоры из земли используют собак, стал иудейский историк Иосиф Флавий (I веке н.э.). Отсюда пошло представление о том, что собака умирает от крика, испускаемого мандрагорой:

Сначала его [т.е., корень мандрагоры] окапывают кругом до тех пор, пока только маленькая часть корня остается еще в земле, затем привязывают к нему собаку; когда последняя быстро устремляется за человеком, привязавшим ее, корень легко вырывается, но собака умирает на месте, как заместительная жертва за того, который хотел взять растение, а тогда его можно уносить без всяких опасений [83].
В жертвоприношении собаки ради получения этого корня (который именовался «баара» и вставлялся в перстни, изгоняющие демонов из бесноватых [84]) явственно слышны отголоски обрядов Гекаты. Считалось, что такой перстень, изготовленный из железа с латунью или бронзой, был у царя Соломона. Средневековое представление о том, что эффективнее всего действует мандрагора, выкопанная на перекрестке, также восходит к античным ассоциациям с Гекатой.
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Натали Ройс
Advocatus Diaboli
Шаман
******

Карма: +2139/-0
Офлайн Офлайн

Сообщений: 6794


ваша (Джа)майка


« Ответ #29: 30 Сентябрь 2012, 00:56:08 »

Дуб

В ряде случаев Геката упоминается в связи со змеями и дубовыми листьями, так что не исключено, что дуб был священным деревом не только Зевса, но и этой богини. В сохранившемся фрагменте трагедии Софокла «Зельекопы» (V век до н.э.) о Гекате говорится:

…Увенчавши дубовой листвою главу И плетеньем из змей ядовитых… [85]
Возможно, под влиянием этих строк Аполлоний в своей «Аргонавтике» ввел эти образы в сцену явления Гекаты, призванной Ясоном:

Из сокровенных глубин поднялась она, ужас-богиня,
К жертвам Язоновым. Всю кругом ее обвивали
Страх наводящие змеи, ветвями увенчаны дуба… [86]

В «Орфической Аргонавтике» в центре сада Гекаты также высится дуб, на котором висит золотое руно, оберегаемое змеем.

Шафран

Шафран ассоциировался как с Гекатой, так и с Артемидой (в ипостаси Артемиды Бравронии). В «Орфическом гимне Гекате» эта богиня описывается как «сущая в море, на суше и в небе, в шафранном наряде» [87]. В «Орфической Аргонавтике» шафран упоминается как одно растений в саду Гекаты. Выражение «окрашенный шафраном» трижды использовано в греческом магическом папирусе PGM CXXIII, в разделах a, e и f, включающих много заклинаний, связанных с Гекатой, и два магических изображения, содержащих имя «Бримо».

Тис

Тис часто называют священным деревом Гекаты, хотя едва ли не единственное свидетельство тому — краткое упоминание из «Фиваиды» Стация:

…а навстречу — во зле опочивших
(многих вмещает Эреб, и многие — кадмовой крови),
трижды потрясши змеей и тисом зовя их зажженным,
дню, о вождь Тисифона, яви, и солнца лишенных
да не прогонит назад устремляющий головы Кербер [88].

Возможно, столь устойчивые ассоциации между Гекатой и тисом связаны с тем, что тис издавна считался деревом смерти. Одно из свидетельств тому находится, например, в «Энеиде», в сцене, где царица Дидона готовится наложить на себя руки: среди погребальных растений, украшающих ее костер, — ветви кипариса, вербена и тисовые листья.

С тисом Геката связывается и у Шекспира в «Макбете», где ведьмы, призывающие богиню темных чар, сыплют в котел «тис, наломанный в безлунье» [89].

Безымянные травы

Цирцея и Медея славились как непревзойденные волшебницы, сведущие в свойствах трав. Считалось, что Цирцея получила свои знания о травах от самой Гекаты и использовала их, чтобы превращать людей в животных и наказывать тех, кто перейдет его дорогу. Так она поступила, когда ее возлюбленный Главк отверг ее, предпочтя деву по имени Скилла и заявив, что будет любить свою избранницу, что бы ни случилось. Разгневанная Цирцея превратила Скиллу в ужасное чудовище. В «Метаморфозах» Овидия описано это колдовство:

…Оскорбясь за отвергнутый пыл свой,
Тотчас же стала она с ужасными соками травы
Перетирать. Замешав, заклинания шепчет Гекаты [90].
Медея тоже прибегла к помощи ядовитых трав, чтобы отомстить Ясону, который предпочел ей молодую царевну Креусу:

…Пусть убор
И плащ невесте дети отнесут мои,
Заране злыми зельями напитанный.
Гекату призовем обрядом пагубным —
Готовь алтарь, пусть в доме загудит огонь [91].

Волшебными и ядовитыми травами, ассоциировавшимися с Гекатой, пользовались и многие другие героини древних легенд. Богиня Афина с помощью колдовских растений превратила в паука хвастливую Арахну, проигравшую ей состязание в ткацком искусстве:

И, удаляясь, ее окропила Гекатиных зелий
Соком, и в этот же миг, обрызганы снадобьем страшным,
Волосы слезли ее, исчезли ноздри и уши,
Стала мала голова, и сделалось крохотным тело.
Нет уже ног, — по бокам топорщатся тонкие ножки;
Все остальное — живот. Из него тем не менее тянет
Нитку Арахна — паук продолжает плести паутину… [92]
Записан

«Определенно тщеславие — мой самый любимый из грехов. Он так фундаментален, самолюбие — это естественный наркотик.» © Дьявол
Страниц: 1 [2] 3   Вверх
  Отправить эту тему  |  Печать  
 
Перейти в:  

8: Undefined index: social_icons
Файл: /home/u29896/magumru/forum/Themes/default/Display.template.php (main sub template - eval?)
Строка: 824